Четвертая беременность и четвертые роды

Наверное, не с этого нужно начинать воспоминания о моей четвертой беременности. Совсем не с этого!

Но все же, начну именно с того, о чем тоже не хочется забывать. Говорю и пишу об этом я мало… из скромности, или скорее всего из некоторой неуверенности в собственных силах. Опыт и уверенность они ведь приходят со временем. А так как времени в моем случае прошло мало, да и успеха видимого пока что нет (пишу я больше в стол, для себя), откуда взяться уверенности? Не откуда. Да-да, я о моей «больной мозоли» — о привычке, горячем желании писать прозу.  И не просто прозу, а «легкомысленную» фантастику (реже сказки). На первый взгляд, не православное занятие, правда? Я сама видела в таком графоманском хобби нечто… «неправильное», греховное…  до тех пор, пока не натолкнулась в книге Даниила Сысосева, священника из Санкт-Петербурга (застреленного в храме  за миссионерскую деятельность в ночь на 20 ноября 2009 года радикально настроенным мусульманином) на весьма любопытную мысль о писательском творчестве. Мысли батюшки оказались такими родными, будто для меня лично изложенными на бумаге! Не могу сейчас привести по памяти точную цитату, но общий смысл написанного следующий: фантастика это не грех, главное чтобы в ней присутствовало православное мировоззрение и православная мораль, были верно расставлены все акценты. (Например, нехорошо пропагандировать эволюцию, которой не было и никогда не будет в нашем мире). Также любой начинающий писатель не должен опасаться злых критиков. Так как быть в наше время критикуемым за «чтиво для масс» означает всего лишь популярность и читаемость автора, а не ущербность, или бедность его текстов. Отец Даниил даже вполне искренно желает православному писателю (в том числе фантасту) быть злобно и часто критикуемым, приводя как пример сравнение книг Дарьи Донцовой и… (звучит неожиданно!) Льва Толстого. Первую читают миллионы и яростно при том критикуют ненавистники, но это не мешает ей быть массово читаемой. Второго же буквально боготворят критики, зато читается он гораздо меньшей аудиторией  и намного тяжелее из-за громоздкого, «тяжелого» текста. Чтобы доводить идеи в массы, предпочтительнее быть «бульварным» писателем.

Прочтя всё это, я со спокойной совестью закрыла свою страничку на писательском портале Проза.ру и собралась основательно редактировать (правда второй год никак к этому делу серьезно не приступлю!), понимая что как раз православного мировоззрения в моих текстах катастрофически мало. Писала я эти тексты года три подряд — получилась целая увесистая трилогия. А проснулся творческий запал в аккурат после рождения Кирилла. В школьные годы я тоже «пописывала», но в гораздо меньшем объеме и с меньшим энтузиазмом.

Так вот, пока я находилась в творческом «угаре» — то записывала, то дописывала, то что-то корректировала, то брала долгие паузы и страдала от недовольства текстом (перфекционизм не истребим!))), время летело очень и очень быстро. Я практически не замечала, что мы не предохраняемся, а детей у нас больше нет… Всё время отмахивалась от глупых навязчивых мыслей и говорила себе: «Марина, спокойно! Кирилл это Божье чудо. А ты не заслуживаешь множества чудес, хватит с тебя и одного… большего не стоишь! Трое детей это здорово. Чего тебе еще в жизни не хватает?! Дети, заботливый муж, востребованность на приходе, неплохой быт и даже графоманское хобби у тебя есть. Большего тебе не нужно!»

С таким настроением минуло четыре с половиной года. Стала отмечать, что носить на руках «маленького» Кирюшку уже вовсе нелегко – тяжелый он для женских рук. Пятый год пошел. Да уж, большой мальчик... Как это я не заметила, когда именно он вырос?! Вроде бы и играла с ним много, и гуляла, и разговаривала… Немного ощущалась внутри, предугадывалась так скоро наступающая у любящих мам, внутренняя опустошенность – дети выросли и мама в их жизни отошла на второй план. По опыту знала — подросшие дети мало зависят от мамы и опекать их как прежде уже не получается.

На очередную задержку критических дней внимания не обратила. Мало ли что бывает с женским организмом! Правда, за пару месяцев до этого к нам в село привозили местночтимую чудотворную икону блаженной Матроны Московской. Как-то мимоходом помолилась перед ней и попросила дать мне еще одну дочку. От сыновей мамам по дому помощи никакой. А вот старшая дочь помогала и старательно, и ощутимо. Да и общаться с девочкой приятно – словно подружка. Когда дошло дело до теста на беременность, узнала приятную новость. Удивилась! Молилась Матронушке  не старательно, не веря в возможность чуда. Тут-то супруг на радостях поведал, что тоже молился о беременности блаженной Матроне. Так вот оно что! Молитвы батюшки куда сильнее моих, маловерных и слабых. Дивны дела Твои, Господи.

Кирилл с рождения спал со мной рядом, на двуспальной кровати (муж поселился в отдельной комнате). Стала опасаться за свой животик – положила между собой и сыном большую мягкую игрушку. Так и стали мы дальше ночевать – я с краю, потом ротвейлер игрушечный, за ним под стеночкой Кирилл. Обиделся мой маленький мужчина! Забрал через пару дней подушку и одеяльце, заявил – «я взрослый, буду спать один!» и ушел на диван в детскую. С тех пор там и спит. Старших детей такое заявление рассмешило. Они знали, что мама в положении, а Кирилл ничего тогда еще не знал, но поступил правильно – не пришлось его «выселять» насильно. Посмеялись все, в том числе и я. Радовалась, правда, не долго.

Навалился на меня полуторамесячный ранний токсикоз. Готовить не могла, убирать тоже… Дочь приходила со школы и варила обед на следующий день, а я всё лежала и лежала. Но испытания на том не закончились. Заболела. Вроде бы ничего страшного – кашель, невысокая температура. Через три недели врач знакомая порекомендовала антибиотики пропить. Она беременным их прописывает. Пропила. Тошнить стало еще больше! И кашель не прошел. С внутренним содроганием поехала в нашу районную поликлинику. По совету кумы на прием пошла к хорошему, опытному врачу терапевту, которая как оказалось вообще наблюдает и лечит у нас беременных женщин. К тому же, она верующая (старообрядка) – ответственная и внимательная. Обнаружила у меня острый бронхит. Добросовестно пыталась помочь щадящими методами. Прописала прогревание грудной клетки, детскую микстуру от кашля. К сожалению, кварцевая лампа вызвала скачок артериального давления. Врач развела руками. «Без уколов никак!» Я чуть в обморок от тревоги не свалилась. Как  так? Антибиотики второй раз за месяц? На сроке ДО 12 недель?! Спасибо доктору! Уговорила нас с батюшкой тем фактом, что эти же антибиотики дважды проколола беременной дочери своей медсестры – без последствий для ребеночка. Согласилась я, скрепя сердце, на уколы. Колол муж дома, трижды в день. Болезненные уколы! Если бы не лидокаин (вообще противопоказанный беременным!), которым разводили антибиотик – сесть я бы точно не смогла. Но нет худа без добра. Этот же лидокаин понизил мое высокое давление. Через пять дней мне стало лучше. Врач отметила, что угроза воспаления легких благополучно минула. Еще через пару недель завершился и токсикоз. Я была почти что счастлива. Только время от времени мучили сомнения – действительно ли антибиотики не повлияли на моего ребенка? Ответа на мой тревожный вопрос не было. Оставалось одно – молиться Богу и надеяться на лучшее.

Встала на учет в женской консультации, потихоньку обошла всех предписанных врачей. Гинеколог заверила – плод развивается нормально. Стало немного спокойнее. На сроке в 30 недель сдали положенные документы в социальную службу – государство обещало после рождения ребенка сказочные выплаты. Надо заметить, выплаты действительно сказочные для нашей бедной страны и платят их до тех пор, пока ребенку не исполнится 6 лет. Не избалованные государственным вниманием мы с мужем были приятно удивлены. Это наш первый ребенок, содержать которого помогают реальными деньгами.

Предполагаемый день родов мне поставили как раз после Пасхи Христовой, 18 апреля. Боялась, что рожу на саму Пасху! А родила позже срока, после Радоницы – 23 числа. На родах твердо решил присутствовать муж. Я сама это предложила (было почему-то очень страшно!) и он с радостью согласился.

Когда начались сильные схватки (небольшие я ощущала почти двое суток), поехали в роддом. Знакомый мужа (влиятельный на то время человек) позвонил главному врачу всего больничного комплекса, а тот «раскочегарил» по телефону дежурную смену. Приняли нас одновременно и обходительно, и с опаской. Лично меня подобное отношение всё время смущало. Муж до сих пор твердит, что «всё прошло на высшем уровне». Не знаю, не знаю… То, что мне позволили отказаться от укола от которого «просто немного отдохнешь» (видимо, анальгин?) – явный плюс (в противном случае пришлось бы роды заново вызывать!). А вот то, что при муже не захотели разрезать промежность и я «разлетелась по старому шву» — явный минус.

Из «забавностей» четвертых родов отчетливо припоминаю всего несколько специфических подробностей.

Попала в роддом с раскрытием в 1 см. Думали, рожу на следующий день. Организм распорядился по-другому – рожать ночью.

Со схватками я умудрилась подремать в родильном зале на кушетке около двух часов подряд. Муж ждал финальной части родов отдельно, на дому у нашей кумы живущей в городе. Ближе к часу ночи вошла акушерка и проверила раскрытие шейки. «Как ты тут? Ого, 7 сантиметров... Какая же ты умница, Маринка!» — сказала она, видимо имея в виду, что веду я себя по ночному тихо и спокойно. К слову сказать, я всегда рожала без криков и истерик. Стыдно было показывать чужим людям свой страх и свою слабость… «Звони-ка мужу, пусть едет – иначе не успеет!» — распорядилась акушерка, нацепила мне на руку пластиковую «бабочку» под капельницу (процедура откровенно неприятная) и принялась вместе с медсестрами спешно готовить родильный стол.

Приехал мой супруг раньше прибытия врача. Надели на него специальный халат и шапочку, что меня, помню, сильно насмешило. Потом он все время находился в родильном зале, вплоть до того самого момента, когда меня с новорожденной увезли в палату. Палата не была одноместной (платной) и входить туда мужу, к сожалению, запретили.

Пришедшая в родильный зал врач показалась мне сонной и недовольной (ехала на роды из дому, после предыдущего суточного дежурства). Осмотрела, проколола околоплодный пузырь. Муж поинтересовался, чистые ли околоплодные воды. Ответила утвердительно. Схватки мои ей не понравились – «нерегулярные и не эффективные». Доказывать обратное я не стала. Хотя было очевидно, что мои «не эффективные» схватки все равно раскрыли шейку на все положенные сантиметры буквально за три-четыре часа. Однако головка ребенка стояла все еще высоко. Попросили подняться с кушетки и походить. Походила. Раза четыре хорошенько прихватило. Схватки продышала.  И тут «заботливая» тётя врач предложила сделать в ягодицу «укольчик для шейки и от давления». Я наивно согласилась, о чем пожалела буквально через минуту. Ощущение «вываливающегося дна» было самым ярким по болевым ощущениям за все мои четверо родов! Я ойкнула от неожиданности и ухватилась за край стола. Мне тут же приказали срочно лезть на этот самый родильный стол, который я от «остроты ощущений» едва не сложила пополам! Запуталась в собственных ногах… Муж не догадался помочь, а медицинский персонал просто не счел нужным помогать опытной роженице! В-общем, было смешно. Даже мне.

Дальше стало еще веселее. Акушерка и врач в унисон кричали: «Не тужься!!! Шейку порвешь!» Я отвечала, что НЕ могу не тужиться – дитя из меня летело наружу на крейсерской скорости. Упаси меня Бог еще когда-нибудь согласиться на тот «волшебный» укол для шейки! Пыталась не тужиться, сердито мычала и кусала губы. Посмотрела на огромные часы, висящие над входом – ровно три часа ночи. Подключили к «бабочке», уже введенной заранее в вену, капельницу с окситоцином. Ровно через пять минут позволили потужиться. Потужилась. Говорят – «ты совсем не тужишься!» Еще раз потужилась, сильнее. Снова замечание! Удивлению моему предела не было.  Две потуги прошли вхолостую! Муж сбоку тоже для порядка замечание сделал, что-то вроде: «Марина, сосредоточься!» Хорошо, что акушерка догадалась, в чем же дело – она уже пенсионного возраста, лет 40 проработала, опытная – «Многие женщины забывают как нужно тужиться. Всё нормально! Просто вдыхай и какай!» Тут меня «осенило» и я начала тужиться в правильную точку. Пишу это сейчас со смехом, но тогда было вовсе не до смеха – наступала тихая паника. Три эффективных потуги привели к рождению нашей второй дочурки. Врач зачем-то надавила в конце последней потуги на живот – сразу ощутила, что старый шов лопнул, защипало. Акушерка потом наедине со мной ругала врача – уверяла, что это именно она спровоцировала разрыв, нельзя было (да и не нужно) давить на живот.

Батюшка первый заметил, что у нас родилась именно дочь. Произошло это 23 апреля 2012 года, в 3:40 ночи. Девочка родилась с весом в 3 800 грамм и ростом в 54 сантиметра.

Положили её ко мне на живот («осеменили» материнскими бактериями), потом обрезали пуповину, взвесили, одели и оставили отдыхать на специальном столике под присмотром детской медсестры.

Взвешивание...

Screenshot_7

Все внимание переключилось на меня – стали штопать мой разрыв. Именно штопать! Иначе назвать не могу. Непрерывным хирургическим швом, туго стягивая края раны. И все это практически без обезболивания. Ампула с лидокаином, разбрызганным на промежность, ничего не дала. Шили 20 минут. Ровно столько, сколько длились потуги. Всё время держалась за руку мужа и стонала. Он гладил меня по голове и жалел. Помогало это, конечно, мало… Лучше бы укол обезболивающий сделали! Варварская медицина… Акушерка еще притом нас уверяла, что я «капризничаю специально, напоказ мужу». До сих пор вздрагиваю, когда вспоминаю!

Два часа после родов мы оставались в родильном зале одни – я, муж и наша Настенька. Батюшка её тут же окрестил кратким чином. Испугался, что малышка тяжело дышит. Хотя детская медсестра успокаивала – мол, дитя еще в животе наглоталось околоплодных вод, это не страшно, — попросили её откачать жидкость из носика, что она и сделала специальным аппаратом с вакуумным отсосом. Именно после процедуры муж и окрестил дочку – больше для собственного успокоения, а также чтобы можно было поминать новорожденную на Литургии.

В родильном зале, счастливый папа

Screenshot_8

Лежали мы в роддоме пять дней. Я почему-то все время нервничала. Болел шов, палата не нравилась – от старой кровати ныла поясница, да еще и дежурный врач мужчина из самого роддома не спешил навещать (опасался главного врача?), а принимавшая у меня роды доктор постоянно отсутствовала – она дежурила на комплексе по ночам, так как работала у нас временно. На первый день я едва встала, не могла разогнуться несколько часов подряд – давал о себе знать тот злополучный нажим на живот, мышцы передней стенки пресса не слушались! Еле дошла по коридору, чтобы забрать продукты у мужа. Еще сильно кружилась голова – во всё время слабых схваток, а это около двух суток, я мало кушала и несколько раз ставила себе микроклизмы, готовясь к совместным родам. В целом настроение было подавленным из-за таких вот физических неудобств.

Приехали знакомиться с сестричкой

Screenshot_9

На третьи сутки так и не прибыло с нетерпением ожидаемое мною грудное молоко. Настя стала резко терять вес. Плакала она всю ночь напролет и изгрызла от голода обе моих груди… И больно стало маме, и очень обидно за такую неудачу в грудном кормлении. Наплевав на все запреты детского врача (на докармливание, имею в виду), я затребовала у мужа привезти мне детскую смесь Nutrilon, бутылочку и соску-пустышку. Больничное детское питание я дочке не давала, памятуя о стрептококковой сыпи, мучившей Кирилла после докорма из больничной бутылочки. Береженого Бог бережет! Настенька начала набирать вес практически моментально. За сутки вернула себе всё, потерянное накануне. Я немного воспрянула духом, чтобы затем вновь разочароваться при выписке…

Заведующая гинекологией и роддомом, уже известная мне в работе Шептуха (её я специально попросила меня осмотреть) вычистила целый поддон сгустков, которые так и оставались в матке. Слава Богу, что чистка была произведена бережно, руками; что проведена она вовремя, пока не началось воспаление; что прописан нужный антибиотик и сокращающее… По-видимому, после родов мне по недосмотру не прописали необходимые уколы окситоцина, сокращающие матку. Впрочем, в этом никто не признался. Всё списали на «перерастянутость матки и частые роды».  Хотя я не так уж часто и рожала… Перерыв между третьими и четвертыми родами почти 5 с половиной лет.

Лечилась дома – пила антибиотики, колола окситоцин и пила настойку водяного перца, а также отвар листьев крапивы. Еще с месяц опасалась повторного скопления сгустков. Делала через пару недель после выписки УЗИ (вместо ненавистного мне визита к врачу) – сгустков не обнаружили. Однако настроение мое все еще оставалось плаксивым. От постоянного стресса грудного молока вовсе не стало. Таким образом, Настя моя находилась на искусственном вскармливании с третьего дня жизни. К счастью, выросла она здоровой и подвижной девочкой.

Крестили дочку через полтора месяца после рождения – так сказать докрещивали (миропомазывали).

В храме, завершение Таинства Крещения

Screenshot_10

 

 

Настя в день официального крещения, 6 июня 2012 года:

Screenshot_11

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В связи с моим нервным состоянием и крестины я пережила в недовольстве, как собой, так и окружающим миром. Такое вот испытание.

Screenshot_12

Настеньке сейчас 1 год и 11 месяцев, а мне через пару недель предстоит вновь пройти через материнское Ватерлоо – очередные, пятые роды.  Снова они будут партнерские и… снова за нас ходатайствовал главный врач больничного комплекса. Неужели наступим на старые грабли?! Правда ситуация изменилась. Роддому нужно пройти какую-то там важную аттестацию, приняв 20 партнерских родов за год. А мужчины наши категорически не хотят присутствовать на родах.  В женской консультации жаловались, что только трое пап согласились записать их на такие роды, но и те сбежали из роддома в самый последний момент. Их «партнерские роды» таковыми являются только на бумаге. Мне же за настоящие партнерские роды обещали «горы золотые» — и внимание, и уход, и прочее самое цивилизованное. Посмотрим, посмотрим… Надеюсь на лучшее. Постоянно молюсь Божией Матери, чтобы все прошло гладко, без осложнений и недоразумений. Лучше, чем в прошлый раз…

Во время четвертой, а теперь и пятой беременностей я додумалась до вполне циничного умозаключения: ребенок, данный родителям «своим чередом», «без особых усилий», воспринимается именно как данность – обыденная родительская работа. А вот чудеса — дело штучное, эксклюзивное. Когда просишь ребенка у Бога месяцами напролет и он, наконец, появляется – ты летаешь от счастья. Нет-нет, всех детей ты и любишь одинаково, и заботишься о них одинаково, и безмерно счастлив тому, что они у тебя есть… Но все же смотришь на «особенного», «вымоленного», совсем по-другому, с тайной надеждой — ждешь от него особенных поступков и такой же необыкновенной судьбы.

А еще… еще с каждым новым ребенком понимаешь — беременность для тебя становится чем-то все более будничным и вовсе не героическим. Уникальным, безусловно, уникальным  – рождается новая Личность. Но при этом и самым естественным делом. Мне кажется, именно поэтому в некоторых семьях пятеро и больше детей. Родителям с некоторого момента всё стало по плечу, уже ничего не страшно! Никакие трудности не помеха.

Прочесть другие записи в той же рубрике:


2 thoughts on “Четвертая беременность и четвертые роды

  1. Алла

    Прочитала уже про четыре беременности и о родах.Заметила,что каждый раз Вам делали уколы или капельницы с окситоцином.Я тоже первый раз по своей молодости и незнанию рожала с капельницей с окситоцином.Думаю именно поэтому такими тяжелыми и болезненными были схватки и роды. Потом уже узнала,что окситоцин вызывает очень болезненные схватки.Поэтому в следующие два раза сразу же предупреждала акушерку и врача,что окситоцин не дам колоть ни за что!

    И действительно,роды были естественными,

    схватки терпимыми и все прошло дважды отлично.А еще оба раза я планировала свои роды.Прочитала,что нужно вот так делать. И последний месяц перед родами все время представляла себе как буду рожать,как дышать,тужиться и т.д. И это сработало!

    1. m-marinam-marina

      В первые роды мне ничего не кололи. Я вообще схваток не ощущала в конце родов! И потуг тоже. И не тужилась поэтому.

      У нас всем лепят окситоциновую капельницу :- ( Зачем, спрашивается?

      А вот после родов он не помешал бы. Сгустки выгоняет и матку сокращает.

      Я отчасти планировала вторые роды — что всё хорошо будет себя заверяла. Так и вышло.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *