Программа великой инквизиции

Автор Дмитрий СКВОРЦОВ
Данная статья вышла в выпуске №11 (453) 13 — 19 марта 2009 г.
Еженедельник 2000 — Держава
Но до сих пор её содержание актуально. 

Стандарты надо? 
В «Толковом словаре иноязычных слов» Л. П. Крысина «ювенальный» означает «неполовозрелый». Видимо, от имени римской богини юности Ювенты. Отсюда и органы ювенального права в Европе и США — рассматривающие неправомерные действия в отношении несовершеннолетних.
На первый взгляд, замечательно — кто же против защиты ребенка от насилия, ограничения в правах, изоляции... Однако ювенальные омбудсманы понимают под всем вышеперечисленным совсем не то, что нам известно из романов Диккенса и выпусков уголовной хроники. Например, за «ограничение самовыражения» могут быть осуждены родители, заставляющие ребенка ходить в музыкальную школу, тогда как сам он стремится к развитию в себе реакции виртуального терминатора в компьютерном клубе. А за физическое насилие — учитель, отважившийся разнять драчунов. Если же классный руководитель пригрозит двоечнику оставить того на второй год, это уже «угроза в адрес обучающегося». Приказ выйти из класса — «преднамеренная изоляция» ранимой подростковой души...
Вот некоторые примеры из исследования российских психологов Ирины Медведевой и Татьяны Шишовой «Ювенальная юстиция». «США. В семье русских эмигрантов обычный бытовой конфликт. Подрастающая дочь требует купить ей очередную модную обновку, а у родителей денежные затруднения. Они пытаются объяснить, что у них большие долги по кредитам. Она не желает слушать, приводит в пример богатых одноклассниц, кричит, оскорбляет мать... Та хватается за сердце, и отец, испугавшись за жену, берет дочь за руку и выволакивает за дверь. Вот, собственно говоря, и все. Наш непросвещенный родитель вряд ли ограничился бы столь невинной мерой воздействия. Но американский — пуганый — папа даже мысли не допускал о том, чтобы врезать своей распоясавшейся дщери. Однако она все равно посчитала себя оскорбленной и ринулась за поддержкой к соседям. Вскоре они явились в качестве понятых с полицией, на запястьях «отца-насильника» замкнулись наручники, и его препроводили в участок. Матери, задыхающейся от приступа стенокардии, никто и не подумал вызвать «скорую».
Правда, в последний момент дочь поступила не так, как ее учили в американской школе. Воспитанная в русской семье, она не сумела полностью «выдавить из себя раба», и когда дело дошло до протокола, отказалась его подписывать. Поэтому отца в тюрьму не посадили и родительских прав не лишили, а после ночи, проведенной им в участке, взыскали штраф и сделали строгое предупреждение. Смотри, мол, папаша, в следующий раз так легко не отвертишься.
А вот пример из географически близкой нам страны. Независимая Латвия. Опять-таки типичная житейская ситуация. Мальчик 12 лет украл зарплату у матери-одиночки и, несколько дней прогуливая школу, просадил ее в компьютерном клубе. Мать, еще не вооруженная европейским ювенальным опытом, вооружилась ремнем. Выпороть паренька не удалось, потому что он уворачивался. Но на его руке остался синяк, который и был на следующий день замечен учительницей. Мальчик откровенно во всем признался. В том числе, что побили его за дело. (Он, тоже еще не обученный правам ребенка, не имел претензий к матери). Но его мнение уже никого не волновало. Представители компетентных органов отправили мальчика прямо из школы в интернат и возбудили дело о лишении матери родительских прав. К тому моменту, как мы узнали эту историю, несчастная женщина уже полтора месяца ежедневно ходила к интернату и, стоя у запертой двери, тщетно вымаливала разрешить ей хотя бы повидаться с сыном.
Ну а в прессе, которая опять же не успела полностью «цивилизоваться» и стать монолитной в ювенальных приоритетах, велись дебаты: лишить эту женщину родительских прав или на первый раз простить, все-таки она, видимо, любит ребенка, если так воет под дверью. Параллельно в СМИ звучали призывы к сознательным гражданам Латвии быть бдительными и сообщать обо всех случаях нарушения прав детей по таким-то телефонам.

Когда все становятся чужими 
Совсем недавно живое обсуждение в философских кругах вызвала монография доцента Киевского университета Ильи Назарова «Свобода против закона: цивилизация на весах спасения» (ее еще можно найти в сети «Академкнига»). В частности, необходимым условием гибели цивилизаций автор называет конфликт поколений.
— Но, простите, проблема отцов и детей — обыденная вещь. Однако же со взрослением каждого нового поколения катастрофы не происходят, — начал я беседу с Ильей Владиславовичем о ювенальном праве.
— Необходимое не значит достаточное. Цивилизации исчезают, когда не удается передать традицию следующему поколению, когда конфликт принимает необратимую форму.
— Правильно ли я понимаю: если в здоровом обществе нигилисты годам к 30 начинают проявлять признаки консерватизма и пополняют ряды стражей старых традиций в очередном конфликте с новыми радикалами, то ювенальная юстиция просто стирает «точку возврата» к ценностям предков, уничтожая их — родителей — авторитет?
— Ювенальная юстиция стремится быть универсальной и надыдеологичной. Традиционное же право жизнестойко, пока оно несет в себе метки традиционной для данного общества идеологии.
Вообще для человека, который живет по заповедям, руководствоваться правом не нужно. Оно — для тех, кто не боится Бога, но боится уголовного кодекса. Однако никакой закон, включая Конституцию, не будет выполняться, если заповеди перестанут быть актуальными в целом для общества.
—...среди которых и «Почитай отца и мать, чтобы...» — кстати — «...продлились дни твои на земле». Значит, «створення системи ювенальної юстиції» — начало параллельной деятельности нового права?
— Скорее государственного произвола, облеченного во внешнюю оболочку права, из-под которой вынуты все нравственные установки. Подобная деидеологизация — это один из способов лишить Европу ее христианских корней. Отсюда и право на эвтаназию, и однополые браки, и прочее, немыслимое ранее.
— Но тогда, извините за банальность, кому и зачем это нужно?
— Шпенглер писал в том роде, что субъект мировой политики настолько могущественен, насколько слаба внешняя среда. Значит, нужно искать тот субъект, которому выгодно разложение устойчивых цивилизаций.
— То есть однополюсному миру нужна лишь одна цивилизация?
— И ювенальное право — не единственный способ достижения этой схемы. Точно так же подрывает историческую память и Болонский процесс, под корень обрезающий гуманитарный блок образования. Глобализированному миру нужен не человек в его полноте, а рабочая сила. В крайнем случае — «узкопрофильный специалист»...

Благими намерениями в Европу 
Правомерность умозаключений философа подтвердила практикующий психолог, руководитель Всеукраинской детской линии «Телефон доверия» при Министерстве по делам семьи, молодежи и спорта Светлана Бабарика.
— Острое столкновение идеологий в течение последних 18—20 лет не могло не вылиться в конфликты внутри семей. Более того, эти конфликты всячески подогреваются в учебных учреждениях, где дети получают отличную от родительской систему ценностей.
Мы имеем уже даже трехсторонний конфликт: не только родителей с детьми, но и родителей с бабушками и дедушками. Ведь родителями уже стало наше первое «поколение «пепси» — те, кто посредством рекламы получил представление об ином образе жизни. Неудивительно, что большинство конфликтных звонков на детский (!) телефон доверия мы получаем от бабушек. Такая бабушка может заявить, что ее дочка пьет и у нее надо забрать ребенка. И если нет других родственников, могущих подтвердить обратное, мать действительно могут лишить родительских прав. Хотя в большинстве случаев оказывается, что такие мамаши, которые жить не могут без кафе, вечеринок и прочих развлечений, просто таскают дитя с собой. Бабушки же понимают, что ребенку нужно отдохнуть, нормально поесть, спокойно сделать уроки. Чем не благодатная почва для введения ювенальной юстиции?
— В глубине души я на стороне бабушек. Но разве действующего законодательства не достаточно для защиты прав детей?
— В том-то и дело, что все в законах прописано, работают службы по делам детей, социальные службы для молодежи, есть отдельное управление при Министерстве по делам семьи, молодежи и спорта. Надо только поддержать их. Но программа, поданная в парламент, не только разрушит вполне эффективное законодательство в области семейного права, не только уничтожит принципы защиты семьи, закрепленные в Конституции, но приведет к разрушению семейных ценностей, присущих нашему обществу.
Ювенальная юстиция лишь прикрывается благими намерениями. Забрать дитя из семьи — это не защита. Такой ребенок легко окажется в другой стране. А вот законов, контролирующих его дальнейшее пребывание там, у нас нет. О судьбах детей, вывезенных по линии международного усыновления, мы, как правило, не знаем.
Об этом мы написали в специальной информационной записке, которую распространили в парламенте в начале работы нынешней сессии.
— «Мы» — это кто, специально созданная организация?
— Это очень большая группа педагогов, психологов, родителей. Для написания записки не надо организации. Надо, чтобы болело сердце.
Все началось с того, что несколько человек услышали по радио, что в первом чтении принят закон о ювенальной юстиции. Этого было достаточно, чтобы проснулись все, кто осознает угрозу национальной безопасности через подрыв института семьи. Подключилась православная церковь.
Мы понимали, что многие законы депутаты просто не читают, и поставили перед собой задачу донести до них свою обеспокоенность. Обратились к юристам, чтобы те изложили им суть проблемы юридическим языком. Но оказалось, что даже юристы не знают, что это такое — ювенальная юстиция. Пошли дальше и обнаружили, что ни ведущих психологов, ни социальных педагогов не привлекали к разработке программы. Да что там — целые институты остались в стороне! Институт социально-политической психологии Академии педагогических наук Украины ничего о программе не знает, Институт психологии им. Костюка не знает, никто не знает! Для разработки закона всегда ведь привлекаются разные экспертные группы, а тут директивно, без учета общественного мнения вводится система, о которой не то что родители — специалисты не знают!
Чтобы остановить антиконституционное вторжение государства в частную жизнь, мы предлагаем хотя бы изъять пункт о ювенальной юстиции и изучить его. В крайнем случае переработать его с учетом нашей законодательной базы, нашего менталитета. Никто же не говорит, что детей не надо защищать. Еще как надо! Но по закону. А не так, как с той девочкой из Одессы, которую не вывезли в США только потому, что пограничники в «Борисполе» случайно обратили внимание, что она упирается и не хочет лететь с чужой тетенькой, которая к тому времени уже была приемной матерью.
Российская актриса Захарова три года судится в Париже за своего ребенка. Путин с Шираком обсуждали этот вопрос, патриарх Алексий. И никаких результатов. А как наш затравленный человек из какого-нибудь райцентра сможет защитить свои права во всесильной системе ювенальной юстиции?

О пользе второго чтения 
Вы, может быть, не поверите, но я действительно не нашел ни в юридических словарях, ни в интернете определения ювенальной юстиции. Более того, дефиниции juvenile justice нет даже на сайтах департаментов ювенальной юстиции тех стран, где она давно действует.
Зато суть этой системы вполне раскрывает вышеупомянутая информационная записка, распространенная в парламенте: «Задачей системы ювенальной юстиции является не просто регулирование положений уголовно-процессуального кодекса, касающихся несовершеннолетних. Ее задача состоит в том, чтобы посредством введения на законодательном уровне сомнительных критериев оценки благополучия семьи создать фактически никому не подконтрольное ведомство, которое будет иметь практически неограниченные права по отъему детей у родителей.
Этот механизм запускает программу глубинной деформации существующего общества. Таким образом, система ювенальной юстиции в ее подлинной, а не декларативной сущности исключительно вредоносна и являет собой сильнейший удар по сложившейся системе детско-родительских отношений и статусу семьи в целом, ведет к подмене ценностей, лежащих в основе формирования общественных устоев».
Информационная записка дает свой ответ и на вопрос о том, кому выгодна подмена традиционного права ювенальным: «Реализация программы, обладая невероятным коррупционным потенциалом, превращает детско-родительские отношения в предмет торга. Омбудсманы станут наиболее вероятными коррупционерами, имеющими возможность вымогать мзду с любого родителя просто за то, что его детьми он не будет заниматься.
Внедрение программы неизбежно приведет к ограничению родителей в естественном праве на воспитание своего ребенка. Очевидно, что система ювенальной юстиции делает особенно уязвимыми именно благополучные семьи, в которых детей стараются воспитывать в рамках традиционной морали, удерживая от многочисленных соблазнов деструктивной масскультуры и девиантного* образа жизни. Именно такие родители, с точки зрения сторонников ювенальной юстиции, считаются «преступниками, подавляющими личность ребенка и ущемляющими его права».


*Девиантный — имеющий отклонения

 

Похоже, эти доводы были услышаны. После того как полномочный представитель Украинской православной церкви Московского патриархата в Верховной Раде архиепископ Львовский и Галицкий Августин раздал данный текст депутатам, коммунисты Александр Голуб, Андрей Найденов, а также Ирина Горина из Партии регионов внесли поправки, изымающие из законопроекта пункт о ювенальной юстиции. Комитет по делам семьи и молодежи с ними согласился и на второе чтение спорные положения выносить не будет.
Но комитет — еще не весь парламент. Главное сражение впереди.

 

Прочесть другие записи в той же рубрике:


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *